Письма Платона

Письма Платона: состояние. Разбор письма V: phone государственных устройств; причины неангажированности. — Изучение письма VII. История Диона. Политическая автобиография Платона. Поездка на Сицилию. Почему Платон соглашается: kairos, philia, ergon.

Теперь я хотел бы поговорить о нескольких текстах из писем Платона, или приписываемых Платону. Эти документы интересны как свидетельство о том, какую роль на самом деле играли философы платоновской школы в политической жизни Греции, по крайней мере о том, как осмыслялось их возможное участие в ней, и каким образом они хотели получить признание как те, кто в греческом политическом пространстве играет роль изрекателей истины. Как вам известно, письма Платона — это весьма спорные тексты, собранные довольно поздно, в ту эпоху античности, когда сборники писем, поддельных или настоящих, составляли весьма значительный жанр. Какое-то время, на протяжении XIX в., критика решительно отказывалась признавать подлинность этих писем. Сегодня допускают, что VI, большое VII письмо, а также VIII письмо подлинные или во всяком случае принадлежат весьма близким к самому Платону кругам, тогда как другие появились гораздо позже и не были написаны ни Платоном, ни его непосредственным окружением. Тем не менее этот сборник интересен тем, что все тексты происходят из платонических кругов и обнаруживают, что в Академии либо при жизни Платона, либо после его смерти считали, что философская деятельность может быть источником не просто размышлений о политике, но, я бы сказал, политических размышлений и участия в политической жизни. Впрочем, это факт засвидетельствованный, и Плутарх в своем антиэпикурейском тексте «Против Колота», где он напоминает, что, в то время как эпикурейцы всегда насмехались над политикой, такие философы, как Платон и его ученики, ценили ее куда выше, были склонны участвовать в политической жизни и давать советы своим современникам. Он упоминает разных учеников Платона, которых тот при жизни посылал давать советы различным правителям. Так что давайте рассматривать эти тексты независимо от проблемы их достоверности, как свидетельства политической деятельности, подчеркнув, разумеется, что эта платоническая, а главным образом — постплатоническая политическая деятельность помещается в политическом контексте упадка греческих городов и демократий. Это эпоха возникновения крупных эллинистических монархий, в которых политические проблемы переносятся с функционирования agora к функционированию ekklesia. Даже если городская демократия продолжает существовать, важные политические проблемы уходят с agora, которая, так сказать, становится сугубо городской, ко двору правителей. Роль философии при дворе правителей — вот что теперь важно. Ее местом действия становится правитель, двор, окружение правителя. Здесь теперь на века расположится главная политическая сцена. Я хотел бы выделить из этих писем два или три.

Первое не признается принадлежащим Платону, однако оно довольно древнее и, на мой взгляд, исключительно интересное. Это письмо V. Это не письмо Платона и, по всей видимости, вообще не настоящее письмо, что, впрочем, не означает, что он не было написано платониками. Это письмо, как и письмо VII, приписываемое Платону, представляет собой письмо фиктивное, то есть, оно должно было циркулировать как манифест, как маленький трактат, если угодно, как некое открытое письмо, призывающее в свидетели публику, во всяком случае образованную публику. Это V письмо интересно в силу следующего обстоятельства: оно адресовано Пердикке, брату Филиппа, некоторое время царствовавшему в Македонии. В письме предполагается, что Платон послал к нему своего ученика Евфрею. Я говорю «предполагается». Платон действительно послал своего ученика Евфрею, но весьма вероятно, даже наверное, что письмо на самом деле не посылалось Пердикке, когда Платон направил к нему Евфрею. Это позднейший текст, оправдывающий жест Платона, действительно пославшего к Пердикке своего ученика. В этом письме затрагиваются два вопроса, касающиеся роли философии и философа как политического советника. Первый вопрос: что значит давать политические советы политическим режимам, правительствам, весьма отличным друг от друга? Состоит ли роль советника в том, чтобы говорить, какая politeia (политическое устройство) наилучшая? Этот вопрос не ставится в тексте прямо и грубо, но очевидно, что текст возражает на это.

На http://venetur.ru можно почитать отличные статьи про экологические путешествия по Суринаму и Бразилии