Могущество голоса

Дюмезиль хочет показать, что Аполлон — это, так сказать, соответствующая нормам и канонам греческой мифологии версия древней категории божественных и абстрактных законов, обнаруживающихся в Веде — Голоса как такового. Аполлон — это бог голоса, а в ведическом гимне речь идет скорее о Голосе, само провозглашающемся в трех своих функциях: я, говорит Голос в ведическом гимне, есть пища для людей; во-вторых, добавляет он, я делаю сильным излюбленного (магико-политическая функция); в-третьих, я натягиваю лук, чтобы стрела убила врага брахмана, я несу людям войны (военная функция).

Наконец, третий элемент, который я всегда заимствую у Дюмезиля, следующий: из трех функций, пришедших от древней индоевропейской структуры, которые, так сказать, модулируются в аполлоновской мифологии, в мифологии Феба, в силу нескольких объясняемых Дюмезилем причин (не обязательно обращаться к ним прямо сейчас) самой слабой оказывается функция плодородия. Эта третья функция бога, заставляющая землю плодоносить, а лес — цвести, как показывает Дюмезиль, быстро исчезает. Эта сторона, аспект, функция плодородия больше не связывается с Аполлоном ни в обрядах дарения природных продуктов, ни в дарении металла — золота, которое подносят богу из Делоса или богу из Дельф. Эта аполлоническая функция проявляется скорее в обмене или подношении золота, нежели в естественном оплодотворении земли. Дюмезиль замечает, что не стоит особенно говорить об Аполлоне как о боге естественного оплодотворения, поскольку во всех аполлонических мифах он выступает скорее как бог любви к мальчикам, нежели к женщинам. А согласно мифологическому досье Аполлона, у него очень мало детей. Ион — исключение, что в некоторой мере объясняет предосторожности или, вернее, колебания, когда он признает себя отцом Иона. Впрочем, когда Креуса в начале пьесы упоминает ребенка, якобы бывшего у ее сестры от Аполлона, Ион говорит: Была его женой? Ни слова дальше!Таким образом, Аполлон не является богом оплодотворения, плодовитости, и вокруг этой проблемы рождения и плодовитости все и выстраивается.

Очевидно, что здесь присутствует та самая аполлоническая структура, о которой говорит Дюмезиль в «Apollon sonore». Вначале она представлена в виде функции номер 1: магико-по- литическая функция, функция сакральной власти, поскольку она действительно присуща изрекающему истину богу, к которому обращаются Креуса и Ксуф. Во-вторых, мы обнаруживаем третью функцию, поскольку обоих вопрошающих приводит к оракулу именно вопрос о плодовитости, о рождении.

Секреты и тонкости популярных социальных сетей таких как Одноклассники, Вконтакте, Мой Мир на сайте ФАГА.РФ

Самый центр пьесы как раз и составляет конфронтация между оракульной функцией изречения истины и функцией плодородия. Вторая функция — военная — проявляется в пьесе очень мало и лишь по временам, чему есть несколько причин. По политическим соображениям той эпохи, поскольку в этот период передышки в Пелопоннесской войне Дельфы выполняли функцию умиротворения, а с другой стороны, потому что в силу самой интриги функции 1 и 3 (изречение истины и плодородие) являются основными. Военная функция проявляется лишь в нескольких терминах, нескольких словах, нескольких ситуациях (Ион в начале пьесы носит лук — символ военной функции Аполлона; а затем пойдут эпизоды, о которых мы сейчас будем говорить, где Ион преследует ту, что не знает, что она его мать, и хочет ее убить).

Однако структурируют и создают пьесу исключительно функции 1 и 3: высказывание истины и плодородие. Во-вторых, как и говорил Дюмезиль, третья функция, функция оплодотворения, наиболее проблематична. Строго говоря, она и создает проблему. Неловкость Аполлона из-за собственной плодовитости и своего отцовства составляет движущую силу пьесы. Наконец, в-третьих, очевидно, что на всем протяжении пьесы обнаруживается проблема голоса. Эта тема, по Дюмезилю, составляет фон аполлонической мифологии, и в пьесе она является основополагающей. Относительно этого голоса, о котором ведический гимн говорит, что ему можно доверять, этого голоса бога, Еврипид задается вопросом, могут ли ему верить люди, человеки, смертные — в данном случае, женщина возвышающая свой голос и противопоставляющая его молчащему голосу бога, не признающего своего отцовства? Трагедия вносит свои модуляции в эту тему, в эту структуру, которую легко распознать и которая всецело включается в аполлоническую мифологию. Все, о чем я сейчас говорил, — это, так сказать, мифическая структура. Теперь же мы поговорим об экономии трагедии, об экономии ее развития. Мы рассмотрим модуляцию уже упоминавшихся сегодня различных тем через сетку, предложенную Дюмезилем, — трагическую модуляцию мифических тем.

ДТП в Ярославле и Ярославской области